На этой неделе в США произошли два важных экономических события. Первое – в начале недели вышла так называемая «бежевая» книга – обзор экономической ситуации в стране от ФРС. Второе – в четверг в Конгрессе выступал глава ФРС Бернанке. Очень интересной была реакция спекулятивных рынков на эти события – поскольку она оказалась весьма показательной (что бывает вовсе не всегда).
Сама «бежевая» книга оказалась весьма и весьма оптимистичной: лишь в одном из 12 резервных округов (напомним, ФРС делит страну на 12 частей) в апреле-мае было зафиксировано замедление темпов экономического роста. В большинстве округов наблюдалось оживление производственной активности. В то же время, потребительский сектор практически не продемонстрировал роста, зато ФРС отметила оздоровление финансового сектора, и рост активности в сфере недвижимости. Что касается инфляции, то ее давление на экономику округов было небольшим благодаря снижению цен на топливо. В общем, резюме получилось, скорее, оптимистическим: рост продолжился умеренными темпами, повышение заработных плат и цен был скромным. В обрабатывающей промышленности наблюдался рост, кредитные учреждения сообщили об улучшении спроса на кредиты. Продажи автомобилей остались активным.
Ну, про инфляцию мы ничего даже комментировать не будем, поскольку тут все ясно без слов. Насколько оптимизм сохранится, если учесть реальную инфляцию – вопрос интересный, но в меру, поскольку никакого более или менее внятного роста в экономике США все равно нет. Интересно другое. Аналитики и биржа отметили эти данные вроде бы положительно, рынки в среду сильно выросли. Но вот проигнорировали ли все данные потребительской статистики? А она не просто была не очень хороша в апреле-мае, она продолжала ухудшаться: только на этой неделе вышли данные о том, что затраты на рабочую силу в первом квартале составили +1.3% против прогноза +2.1% (что явно ниже инфляции), производительность труда без учета с/х в первом квартале была -0.9% против прогноза -0.8%. Вырос объем потребительского кредитования (то есть задолженность домохозяйств), индекс потребительских ожиданий, который считает банк RBC, в июне снизился до 46.1 пунктов с 47.6 пунктов в мае.
И вот в этой ситуации возник главный вопрос: как восприняли рынки эти данные? Я далек от мысли, что простые американские спекулянты и бизнесмены что-то там специально изучают в экономической статистике и понимают, насколько данные по ВВП и инфляции отличаются от реальности. Но в своей-то сфере они понимают и не могут не видеть, что локальные тенденции от официально провозглашенных глобальных серьезно отличаются. Не думаю, что спекулянты глупее, тем более, что эти как раз склонны, пусть и не глубоко, разбираться в статистике.
И вот здесь ключевым стало выступление Бернанке. Дело в том, что если рынки восприняли статистику ФРС позитивно, то выступление главы этой организации, если он не сказал бы что-то уж совсем угрожающее, на рост повлияло бы мало. А вот если бы спекулянты смотрели на плохие потребительские данные и рассчитывали, что Бернанке пообещает эмиссию, то картина должна быть прямо противоположная: рынок должен был бы упасть, если бы Бернанке сказал, что эмиссии точно не будет и продолжить рост в случае явных обещаний ее начать.
Бернанке, разумеется, слишком опытный политик, чтобы раскрыть карты. При этом своих сотрудников он не сдерживал: накануне его выступления Йеллен и Вильямс, оба имеющие право голоса в Комитете по открытым рынкам (FOMC), который, собственно, и принимает решения по денежной политике, высказались в пользу смягчения монетарной политики. Тем самым, они присоединились к Локхарту (имеющему право голоса), Розенгрену и Эвансу, выступавшим ранее с такими же призывами. А против высказались только два известных "ястреба" Буллард и Фишер, причем оба они на сегодня права голоса в FOMC не имеют.
Сам же Бернанке сказал то, что говорил уже не один раз: что дальнейшее улучшение условий на рынке труда потребует более сильного роста экономики. Что он ожидает умеренного роста в ближайшие кварталы, и что необходимо обеспечить фискальную консолидацию, которая бы не нанесла урона текущему восстановлению. Ну и закончил на весьма ограниченном (для спекулянтов) позитиве: «ФРС «готова действовать», если экономика США будет слабеть».
Вот как хочешь – так и понимай! Рынки поняли своеобразно, они прекратили рост (что говорит о том, что «Бежевую» книгу они за позитив не посчитали), но и не стали падать. То есть, надежды еще не потеряны. Но при этом, скорее всего, понимать их надо еще и так, что если 20 июня эмиссия не будет объявлена – они будут готовы весьма основательно припасть.
Отметим еще одно обстоятельство – падение золота. Золото у нас – главный актив защиты, в него бегут на фоне сильного ухудшения (и, меньше, на фоне серьезного ралли, поскольку бумажное золото это еще и биржевой товар). Его падение означает, что в ближайшие недели никто обвала не ожидает – и, быть может, средства из него выводятся в преддверии мощного ралли, которое на других активах даст большую краткосрочную прибыль.
В общем, картина мира получается такая. Рынки не верят в начавшийся экономический рост, но зато еще надеются на эмиссию. ФРС, хотя и не делает прямых заявлений, самыми разными способами поддерживает веру в эту эмиссию (которую она сама стыдливо называет «стимулированием экономики»), однако, суд по всему, окончательного решения пока не принимает. Впрочем, это мы узнаем буквально через полторы недели.
Интересно отметить еще одно обстоятельство. В отличие от предыдущих лет, кредитный мультипликатор в США низкий, а это значит, что эмиссия почти наверняка вызовет рост инфляции – то есть, дальнейшее падение потребления. Это значит, что, к концу года, нас ждет углубление кризиса. Впрочем, это будет уже после выборов в США.
Михаил Хазин,
